Исполнительный Комитет


"Лучшие, высоконравственные,
самоотверженные, добрые люди."

Л.Н.Толстой


В.Н.Фигнер:
"Исполнительный Комитет... Это название мы взяли у липецких товарищей, составлявших главное ядро нашей инициативной группы, которая должна была явиться самочинным центром — будущим руководителем и вершителем партии, замышляемой нами. Сообразно требованиям напряженной борьбы с могущественным противником, план организации партии «Народная Воля» был построен строго централистически и во всероссийском масштабе. Сеть тайных обществ — народовольческих групп, — из которых одни могли преследовать общереволюционные задачи в определенном .районе, другие — задаваться специальными целями, выбрав себе ту или иную отрасль революционной работы, должна была иметь один общий для всех центр — Исполнительный Комитет, через который устанавливалось общее единство и связь. Этому центру местные группы обязывались подчиняться, по его требованию отдавать в его распоряжение свои силы и средства. Все общепартийные функции и общероссийские дела находились в ведении этого центра. В момент восстания он распоряжался всеми наличными силами партии, мог требовать революционного выступления их, а до того времени главное внимание направлял на организации заговора, ту организационную работу, которая одна обеспечивала возможность переворота с целью передачи власти в руки народа.

И силы партии были достаточно обращены в ту сторону; тем более странно было название террористической, которое она получила впоследствии ее окрестили этим именем по одному бросавшемуся в глаза признаку — по внешнему обнаружению ее деятельности. Террор сам по себе никогда не был целые партии. Он был средством обороны, самозащиты, считался могучим орудием агитации и употреблялся лишь постольку, поскольку имелось в виду достижение целей организационных. Цареубийство входило в этот отдел, как частность. Осенью 1879 г. оно было необходимостью. вопросом текущего дня, что и дало повод некоторым... принять цареубийство и террористическую деятельность за самый существенный пункт всей программы. Желание прекратить дальнейшее развитие реакции, мешающей организационной работе, и стремление как можно скорее перейти к ней, были единственной причиной, почему, лишь только Исполнительный Комитет сформировался как центр «Народный Воли», он задумал одновременно предпринять в четырех местах покушение на жизнь Александра II. Однако, наряду с этим, члены Комитета вели длительную пропаганду как среди рабочих, так и среди интеллигенции. Желябов вел ее в Харькове, Колодкевич и я — в Одессе, Александр Михайлов — в Москве, а Квятковский, Корба и др. — в Петербурге. Деятельность пропагаторская и организационная всегда шла рядом с работой разрушительной, она была менее заметна, но тем не менее должна была принести свои плоды.

Сплачивая недовольные элементы в общий заговор против правительства, новая партия вполне понимала значение поддержки, которую может оказать ей в момент низвержения его восстание крестьянских масс. Поэтому она отводила надлежащее место деятельности в народе и всегда рассматривала лиц, которые хотели бы отдаться ей, как своих естественных союзников; к сожалению, как было уже указано, таких лиц к моменту возникновения «Народной Воли» и во весь период ее деятельности было до жалости мало. Не внося ничего существенно нового в самые приемы деятельности в деревне, она указывала деревенским сторонникам своим на необходимость разъяснять народу значение правительственной власти в сфере экономических отношений (систематическая поддержка, оказываемая  дворянам-землевладельцам и промышленникам-капиталистам, таможенная политика и т. п.).
В 1879 г. ИК соединил в себе все революционные силы, накопленные предшествующими десятилетиями и уцелевшие от разгрома этого периода..."

М.Н.Ошанина: "Начало «Исполнительного Комитета» было положено на Липецком же съезде (не помню, тут ли было дано название); он никогда не был исполнительным, а всегда был распорядительным.

Мы  хотим  того,  чего хочет народ, и являемся в сущности  только исполнителями его воли.

При  своем  образовании  все  членыКомитета  (за исключением  меня)  были народниками. Под конец все стали более  или  менее якобинцами, сохраняя  разумеется, веру  в народ [в том смысле, что он примет с восторгом то, что сделаем для него мы]".

Я.В.Стефанович: "С 1880 г. ИК заправлял при посредстве созданной им иерархической организации большинством революционных элементов России".

Н.А.Морозов: “Исполнительный комитет” стал впоследствии боевой группой партии Народной воли. К партии этой мог причислять себя всякий сочувствующий, но в ее боевую и руководящую группу он мог быть зачислен, только по выбору ее самой. Параграф об агентах двух степеней настолько мало применялся, что за все время моего пребывания я знал только одного — Клеточникова. Он оставался все время агентом ввиду своего звания секретаря тайной полиции, не позволявшего ему принимать участия в собраниях Комитета или познакомиться со всеми его членами во избежание риска для себя.

Устав исполнялся всегда довольно строго, за исключением пункта, определявшего поведение членов на допросах. Этот параграф почти всегда нарушался после ареста, так как плохо соответствовал героическому настроению большинства членов нового общества. Отказываться от принадлежности к своей организации, “выпутываться”, попав в тюрьму, хотя бы и с целью “дальнейшего служения целям общества” оказалось для многих совершенно невозможным. Мысль, что их могут принять за испугавшихся или малодушных, казалась им до того невыносимой, что они забывали в эту минуту обо всяких руководящих правилах. Большинство объявляли себя по уставу агентами третьей степени, но затем излагали целиком всю свою революционную деятельность, не касаясь лишь деятельности товарищей.

..Я же сам не делал ничего подобного, так как ни на миг не забывал, что какие бы то ни было признания непоследовательны с точки зрения заговорщика, обязавшегося держать втайне все дела своей организации."

А.Михайлов: "Об И. К., руководителе и центре организации Н.В., я не могу ничего сказать, кроме того, что это учреждение неуловимое, недосягаемое».

Персональный состав Исполнительного Комитета "Народной Воли"

ispolkom1879.jpg (75627 bytes)В.Н.Фигнер:
«Распорядительная комиссия» (или администрация, как мы ее звали) состояла из трех лиц, избираемых членами Комитета из своей среды для дел величайшей важности. В то время (1879) этими тремя были: Ал. Михайлов, Тихомиров и Ал. Квятковский..."

Члены Исполнительного Комитета: 1) Желябов, 2) Перовская, 3) Морозов, 4) Фроленко, 5) Колодкевич, 6) Зунделевич, 7) Квятковский, 8) Ошанина, 9) Александр Михайлов, 10) С. Иванова, 11) Ширяев, 12) Баранников, 13) Исаев, 14) В. Фигнер, 15) Корба, 16) Л. Тихомиров, 17) Якимова, 18) Ланганс, 19 Теллалов, 20) Суханов, 21) Лебедева, 22) Богданович. 23) О. Любатович, 24) С. Златопольский, 25) Грачевский, 26) Тригони, 27) М. Н. Оловенникова, 28) Тихомирова (урожденная Сергеева).

После 1 марта приняты: 1) Халтурин, 2) Жебунев, 3) Мартынов, 4) Лебедев, 5) Романенко и 6) Стефанович.

Гольденберг был членом Исполнительного Комитета, собиравшегося в Липецке, но в наш Исполнительный Комитет, образовавшийся после разделения общества «Земля и Воля», он проведен не был."

Н.А.Морозов: "ИК был не обществом теоретиков, а боевой дружиной. При приеме в него новых членов, мы никогда не спрашивали их: „Како мыслиши о социал-демократии, об анархизме, о конституциях, о республиках". Мы спрашивали их только: „Готов ли ты сейчас же отдать свою жизнь и личную свободу и все, что имеешь, за освобождение своей родины?". И если на последний вопрос мы получали утвердительный ответ, и нам казалось, что человек действительно способен все это сделать, мы его тотчас принимали.
Большинство  одинаково  сочувствовало Бакунину,  Лаврову,  Михайловскому,  Лассалю, Марксу и Энгельсу."

В.В.Волк: "Учредителями народовольческого ИК стали 10 участников Липецкого съезда: А. И. Баранников, А. И. Желябов, А. А. Квятковский, Н. Н. Колодкевич, А. Д. Михайлов, Н. А. Морозов, М. Н. Ошанина, Л. А. Тихомиров, М. Ф. Фроленко, С. Г. Ширяев. 

В августе—сентябре 1879 г. к ним примкнули Н. К. Бух, М. Ф. Грачевский, В. В. Зеге фон Лауренберг, С. С. Златопольский, А. И. Зунделевич, С. А. Иванова, Г. П. Исаев, Т. И. Лебедева, О. С. Любатович, С. Л. Перовская, Е. Д. Сергеева, В. Н. Фигнер, А. В. Якимова.

В 1880 г. в ИК были приняты М. Р. Ланганс, А. П. Корба, Ю. Н. Богданович, Н. Е. Суханов, П А. Теллалов, М. Н. Тригони. Видимо, в составе ИК никогда не было более 20—22 человек.

Уже к февралю 1880 г. были арестованы А. А. Квятковский, Н. К. Бух, С. Г. Ширяев, С. А. Иванова, А. И. Зунделевич, уехали за границу Н. А. Морозов и О. С, Любатович. Летом 1880 г. умер В. В. Зеге фон Лауренберг, в октябре того же года арестован А. Д. Михайлов.

После 1 марта в ИК осталось лишь 8 человек, и в московский период деятельности ИК были приняты С. Н. Халтурин, С. В. Мартынов, В. С. Лебедев, В. А. Жебунев, Г. Г. Романенко, Я. В. Стефанович, возможно также А. В. Буцевич.

Наконец, в 1882 г. В. Н. Фигнер единолично пополняет ИК С. П. Дегаевым и А. А. Спандони. ИК располагал также некоторым числом особо доверенных лиц — агентов.

В числе агентов ИК были такие видные революционеры, как Н. И. Кибальчич, Г. М. Гельфман, Н. А. Саблин, А. К. Пресняков, Г. Ф. Чернявская, П. С. Ивановская, Л. Н. Гартман, сестры Е. Н. и Н. Н. Оловенниковы, А. Б. Арончик, Г. М. Фриденсон, В. И. Иохельсон, Т. М. Михайлов, Н. В. Клеточников и др."

О.В.Аптекман: "И что за красочные, сильные индивидуальности! Все смелые, стойкие, сильные волей, самоотверженные. Железо и кремень, бесстрашие и беспощадность в борьбе. Лучшие силы тогдашней революционной среды, отбор самых испытанных. Все захвачены одним порывом, одним настроением, одной целью. Это настроение — глубокая неиссякаемая  ненависть к царизму, эта цель — борьба на жизнь и смерть с ним во имя политической свободы, как ближайшее достижение этой борьбы».

П.Голохвастов - Александру II: о составе "смутьянских шаек", 1879г.:"...Недоросли да мазурики, и на каждого мирянина, тоже таковского, по три жидовина".

Александр II: "Прочёл с любопытством и нашёл много справедливого".

Л.А.Тихомиров: "...Ежемесячный бюджет Исполнительного Комитета в течении нескольких лет колебался около 5000 рублей ежемесячно. Конечно, не студенты давали "на дело" эти 60 000 рублей в год!.."

К.А.Маслов: "...Что касается до “народовольцев”, то, как бы ни смотреть на их деятельность, – нельзя не согласиться, что в их среде в то время (конец 1879 – начало 1880-х гг.) действительно было несколько людей даровитых и искренних (Маслов лично встречался с А. Желябовым, А. Михайловым, С. Перовской, С. Златопольским, М. Лангансом, М. Тригони, а за границей с Н. Морозовым и Л. Гартманом) Это были те люди, которые ходили в народ, и которые, не желая обманывать себя и других, заявляли о несостоятельности целей, какие они прежде выставляли, и средств, какие избирались для достижения этих целей. Их личная жизнь в большинстве случаев была разбита и поставлена в очень тяжелые условия, и они сами понимали, что им остается только одно – с честью погибнуть. В общем, они представляли не партию, т е. людей соединенных общностью убеждений и согласившихся добиваться известными средствами тех или иных политических или общественных целей, а людей зарвавшихся, связанных друг с другом общностью положения: месть за себя и своих товарищей была задачей их жизни..."

К. Маркс  - Ф. Зорге, 5 ноября 1880 г.: "В России, где «Капитал» больше читают и ценят, чем где бы то ни было, наш успех еще значительнее. Мы имеем там... центральный комитет террористов»

В.Иохельсон: "Прежде всего надо заметить, что Исполнительный Комитет состоял из людей, закаленных прежней многолетней подпольной работой в землевольческой и других революционных организациях, и что качество заменяло тут количество. Кроме того Исполнительный Комитет являлся только боевым авангардом народовольческой организации. От него, как из центра, радиусами расходились революционные группы, выделявшие в него более активных бойцов."

"Календарь Народной Воли": "Центр, т.е. исполнительный Комитет, вовсе не имеет территориального характера, который ему в некоторой степени предназначается в "Подготовительной работе партии". По уставам видно, что уже в 1880 же году центр брал на себя работу не в тех или других местностях, а работу известного рода: именно на его долю, в принципе, предоставлялось все, что, во-первых, относится к поддержанию единства организации, во-вторых, все, что относится к вооруженной борьбе с правительством.

Центр пополняется по собственному его выбору из среды своих агентов или членов частных (местных и специальных) групп. Это, впрочем, общее правило. «Всякая группа высшего порядка пополняется по собственному выбору насчет групп низшего порядка»—так гласят соответственные §§ устава всех групп. Правило это установлено в виду необходимости сохранять в тайне личный состав организации.

Организация местных групп впоследствии подробно разработана их «Уставами». Каждая местная группа имеет и устав, утвержденный Исполн. Комитетом. Сходные по типу, эти уставы всегда имеют некоторые различия в подробностях, иногда чисто случайные и несущественные, иногда. вызываемые местными условиями.

...Обыкновенно каждая группа самостоятельна в пределах своих местных дел; но в боевом отношении все они безусловно подчинены центру. Сверх того, центру принадлежит наблюдение за точным выполнением группами программы руководство партионной публицистикой, регулирование сношений различных групп между собою и т.д.

...Уставы групп повсюду, ...приняли совершенно иной принцип, а именно: обязательная взаимная помощь между центром и группами. Центр обязан помогать группам как людьми, так и деньгами, если это нужно. А нужно бывает большею частью в первое время возникновения группы и после сильных погромов. В свою очередь, центр имеет право требовать помощи у групп, уставы которых и обозначают приблизительно размеры этой помощи (напр., «такая-то часть наличного состава группы и такой то процент ее доходов».)

В числе специальных групп впоследствии появились боевые, во многом отличающиеся от других. Каждая боевая группа (по уставам) должна составлять небольшой кружок (чел. 10), непосредственно и безусловно подчиненный Исполн. Комитету в направлении своей деятельности, но вполне самостоятельный в исполнении указанных ему дел. Боевая группа, должна состоять из товарищей, вполне полагающихся друг на друга, а потому оставляется и дополняется самостоятельно: Исполн. Комитету принадлежит право только не допускать в состав группы тех или других лиц. Во внутренних делах группа решает все общим собранием, по большинству голосов; в первое время группа выбирает из своей среды атамана, который имеет диктаторскую власть. В члены группы приглашаются лишь лица, обязующиеся итти на самопожертвование."

А.П.Корба: "...Чтобы быть в тесном общении с ИК, принимать участие в его работах, требовалась санкция самого Комитета и выполнение некоторых формальностей".

М.Н.Ошанина:"Агенты Комитета назначались Комитетом и не имели никаких прав, а только обязанности."

А.Д.Михайлов: "ИК состоял в большинстве из прекрасных исполнителей, но плохих вожаков."

С.Ширяев: "В уставе ИК была выражена только следующая мысль: чтобы во всяком практическом предприятии было как можно меньше участников и чтобы каждый из участников знал как можно меньше относительно других. Вообще старались, чтобы люди, принимавшие участие в различных предприятиях, знали как можно меньше. Это относилось не только к агентам, но и к самим членам общества".

А.Квятковский: "...Те члены Исполнительного Комитета, которые в известном деле участия не принимали, знали о нем только в общих чертах, самые же частности, подробности были им неизвестны."

Г.В.Плеханов: "Когда Желябов заявил на суде, что он не член Исполнительного Комитета, а только его агент четвертой степени доверия, то это не умаляло, а увеличивало обаяние знаменитого Комитета."

А.В.Гедеоновский: "Когда мы прочли заявление А.И. Желябова о том, что он является в организации „Народной Воли" только агентом III степени, то мы решили, что при такой силе революционной партии, при такой геройской борьбе, не может быть и речи о длительном существовании самодержавия".

М.Н.Ошанина: "...В ИК народнический элемент постепенно ослаблялся, а политиканство усиливалось. Это означало собственно то, что люди все меньше и меньше начинали верить в способность народа добиться чего-нибудь собственными силами и все больше и больше придавали значение инициативе революционеров. Отсюда и изменение взгляда на захват власти. Под конец деятельности Комитета я не припомню ни одного человека, кто относился бы к захвату власти отрицательно".

Г.В.Плеханов: "Партия «Народной воли», есть дитя переходного времени. Ее программа есть последняя программа, родившаяся в тех условиях, которые делали нашу односторонность неизбежным и потому законным явлением".

Д. А.Милютин, военный министр: "Эта партия, так называемая “террористическая”, вовсе немногочисленна и не богата денежными средствами; сила ее заключается лишь в характере и энергии немногих вожаков ее."

О.В.Аптекман: "Это были большие люди. Живи эти люди при иных политических условиях, они оставили бы глубокий след в теоретической и практической мысли нашей родины — в науке, литературе, искусстве и политике".


Оглавление| Персоналии | Документы | Петербург"НВ"|
"Народная Воля" в искусстве|Библиография|



Сайт управляется системой uCoz